22 сентября 2005 г.

25 вопросов для суперструнщиков

Теория суперструн -- одно из наиболее активных направлений исследований в теоретической физике последних лет -- находится сейчас в глубоком кризисе, который признают даже ее сторонники. Проблема заключается в том, что возникающие в ней разнообразные математические конструкции нашего мира столь многочисленны, что эта теория может описать практически все, что угодно, а значит, не может ни предсказать, ни объяснить практически ничего.

Сейчас, особенно после прошедшей недавно конференции String 2005, атмосфера которой была проникнута этим кризисом, многие теоретики поняли, что надо на время отложить свои математические изыски и основательно подумать над всей этой ситуацией. Что же собственно делается, каковы задачи, каковы цели.

Знаковой можно считать появившуюся сегодня статью hep-th/0509157с названием "25 вопросов для теоретиков-суперструнщиков". В этой статье, по-видимому, делается попытка направить исследования в теории суперструн в слегка иное русло. Эти 25 вопросов касаются устройства и общих свойств суперструнных теорий, которые могли бы приблизить ее к "феноменологической" теории элементарных частиц, т.е. теории наблюдаемых явлений в микромире.

Теоретикам предлагается не просто развивать структуру теории как математическую теорию в себе, но и оглядываться на ее применимость к реальному миру. Либо, если это пока не реально, честно признать, что речь идет о развитии математической, а не физической, теории.

[Комментарии на Элементах]

9 сентября 2005 г.

От спагетти к статфизике

В очередной раз прочитав про эксперименты со спагеттинами, я вдруг понял такую вещь.

Многие наверно в курсе, что, строго говоря, устойчивых одномерных кристаллов не существует. Причина состоит в следующем. С одной стороны, для того, чтоб разбить одномерный кристалл на две части, требуется разорвать всего одну связь. С другой стороны, при любой, сколь угодно низкой, температуре по кристаллу взад-вперед бегают колебания деформации -- фононы. Отдельные фононы из-за слабого взаимодействия друг с другом нескоррелированы, т.е. накладываются как попало.

Таким образом, по прошествии некоторого времени в каком-то месте кристалла случайно наложатся слишком много отдельных фононов, и локальная деформация станет столь большой, что разорвет кристалл. И избежать этого никак нельзя.

Так вот, эти ломающиеся спагеттины есть самая настоящая наглядная иллюстрация этого факта из статистической физики. Это спагеттины тоже ломаются потому, что в момент отпускания начинают бегать всяческие волны упругой деформации. Они в некоторых местах случайно накладываются друг на друга и превышают предел разлома. А результат мы видим как разлом на несколько кусочков.

[Комментарии на Элементах]

2 сентября 2005 г.

Такой "странный" квантовый мир

Меня постоянно раздражает, когда квантовые явления награждают эпитетами "странные", "парадоксальные", и т.д. Более продвинутые варианты того же самого отношения -- утверждения (в частности, цитаты Фейнмана), что никто не понимает квантовую механику и ее явления.

Все это звучит так, словно сами физики не понимают того, что делают.
Словно они вслепую бродят в своих формулах, иногда натыкаясь на то или иное чудо, не могут его понять, но зато это работает.
Словно заниматься квантовой физикой -- это какой-то особенный вид умственного расстройства, когда появляется несвязный бред, когда человек неспособен объяснить, что собственно он делает. Словно квантовая механика -- это какая-то магия, шаманство, а физики приплясывают, ударяют в бубен и что-то само сабой получается странное такое, необъяснимое.

Квантовая механика -- это четкая математически обоснованная теория. Как и у всякой сложной физической теории, в ней есть трудные, нерешенные вопросы. Однако люди, которые ей занимаются, прекрасно понимают то, что они делают. Чудес в квантовой механике нет.

[Комментарии на Элементах]